Святая Ксения Петербургская
Так же, как чудотворная икона выбирает свой путь — и этот путь иногда можно проследить через историю до нынешнего мгновения, не зная, где он завершится в будущем, — так и святые находят дорогу к нам. Даже тогда, когда нам кажется, что никакой дороги к нам нет.
Эти встречи всегда личные, не предопределённые наследственным благоговением к местным или родным святым. Это, безусловно, тоже прекрасный духовный опыт, если его принять таковым. Но здесь — отношение двоих. Кто переживал подобное, поймёт без слов. Кто нет — тому может показаться смешным. Увы, человек — создание нелепое, и его судьба и рок часто таковы, что он смеётся над тем, чего не понимает, не одобряет или не любит.
Святая Ксения Петербургская — это та святая, которая, можно сказать, «случайно», вошла в жизнь многих. Неизвестны точные даты её рождения и смерти; известно лишь, что в 1806 году её уже не было среди живых. Спустя примерно сто лет на её могиле на Смоленском кладбище была воздвигнута часовня.
Перед часовней всегда кто-то стоит и ждёт. Старые, молодые, местные, иностранцы, консерваторы, либералы, богатые, бедные — правил нет, но порядок есть. Если кто-то и заговорит, то лишь затем, чтобы тихо рассказать о чуде, которое с ним произошло. Без восторгов, без эйфории. Здесь чудеса, знаете ли, нормальны. И благодарность тоже.
Тишина Смоленского кладбища величественна. Очень гармонична — в ней нет пустоты. Ты знаешь, что не один. Что никогда в жизни больше не будешь один. Что уйдёшь отсюда иным. Не лучшим, не худшим — иным.
Если вы когда-нибудь туда попадёте, я желаю вам духовного кораблекрушения. И желаю его вам даже если вы туда не попадёте. Как сказал Бердяев: «Жизненный опыт и духовные брани формируют человеческий лик».
И ещё — другой: прохожий, друг, враг, родитель, ребёнок, муж, жена, сестра, брат… В конце концов — разве есть святость без другого?
В этой часовне погребена раба Божия Блаженная Ксения Григорьевна, жена певчего Андрея Фёдоровича… Своё имение она завещала Покровской церкви и бедным. Она скиталась по улицам Санкт-Петербурга, одетая в юбку и военный мундир покойного мужа.
«Кто меня знал — пусть помянет мою душу во спасение своей.»